е революции люди стали счастливее? Напротив. Mы хотели свободы,  а
Бонапарте уничтожил ее.
   Князь Андрей с улыбкой посматривал то на Пьера,  то  на  виконта,  то  на
хозяйку. В первую минуту выходки Пьера Анна Павловна ужаснулась, несмотря на
свою привычку к свету; но когда она увидела, что, несмотря на  произнесенные
Пьером святотатственные речи,  виконт  не  выходил  из  себя,  и  когда  она
убедилась, что замять этих речей уже  нельзя,  она  собралась  с  силами  и,
присоединившись к виконту, напала на оратора.
   - Mais, mon cher m-r Pierre, 86 - сказала Анна  Павловна,  -  как  же  вы
объясняете великого человека, который мог казнить герцога,  наконец,  просто
человека, без суда и без вины?
   - Я бы спросил, - сказал виконт, - как  monsieur  объясняет  18  брюмера.
Разве это не обман? C'est un escamotage, qui ne  ressemble  nullement  а  la
maniиre d'agir d'un grand homme. 87
   - А пленные в Африке, которых он убил? - сказала маленькая княгиня. - Это
ужасно! - И она пожала плечами.
   - C'est un roturier, vous aurez beau dire, 88 - сказал князь Ипполит.
   Мсье Пьер не знал, кому отвечать, оглянул всех и улыбнулся. Улыбка у него
была не такая, какая у  других  людей,  сливающаяся  с  неулыбкой.  У  него,
напротив, когда приходила улыбка, то вдруг, мгновенно исчезало  серьезное  и
даже несколько угрюмое лицо  и  являлось  другое  -  детское,  доброе,  даже
глуповатое и как бы просящее прощения.
   Виконту, который видел его в первый раз, стало ясно,  что  этот  якобинец
совсем не так страшен, как его слова. Все замолчали.
   - Как вы хотите, чтобы он всем отвечал вдруг? - сказал  князь  Андрей.  -
Притом  надо  в  поступках  государственного  человека  различать   поступки
частного лица, полководца или императора. Мне так кажется.
   - Да, да, разумеется, -  подхватил  Пьер,  обрадованный  выступавшею  ему
подмогой.
   - Нельзя не сознаться, - продолжал князь Андрей, - Наполеон  как  человек
велик на Аркольском мосту, в госпитале в Яффе, где он  чумным  пода